Дата в игре: Зима 2017 — 2018       Рейтинг: 18+       Система: эпизодическая

влог форума

» Закончен аватарочный флешмоб и мы объявляем начало голосования. Так же мы закрываем лотерею и поздравляем всех, кто выполнил задание! Список заданий открыт и все могут посмотреть, мимо чего их пронесло. А мы продолжаем работу над форумом, оставайтесь с нами!


» Перевод времени! В игре теперь зима 2017 – 2018 года!

Сладость или гадость? Мы открываем лотерею и традиционный аватарочный флешмоб. Счастливого Хеллоуина!


» Внимание! Стартовала новая сюжетная ветка, все желающие могут записаться, или учитывать её в своих личных эпизодах! Кроме этого мы снова открываем акцию на шпионов!


» Друзья, АМС работает над обновлением сююжетных веток и функционала форума, в связи с чем, нам нужны ответы на некоторые вопросы. Будем рады вашим ответам.


» АМС требуется твоя помощь! Да-да, именно твоя. Мы ищем модераторов.


» Внимание! Стартовал сюжет для Лиги Справедливости и остальных желающих! Продолжается упрощенный прием в честь дня рождения форума! Акция продлится до 11.08. Это не все сюрпризы, оставайтесь с нами!


» Упрощенный прием в честь дня рождения форума! Акция продлится до 11.08. Проходите, не снимайте обувь и чувствуйте себя как дома!


» Завтра наш официальный День Рождения, но уже сегодня вас ждут сюрпризы. Мы подвели итоги сюжета и добавили две информационные темы: инфографика и организации. Это не все сюрпризы, оставайтесь с нами!


» АМС обращает внимание игроков на изменения в правилах про упрощенный прием. Внимание, все твинки подлежат обязательной регистрации.


» В честь выхода Wonder Woman в прокат, мы объявляем упрощенный прием на весь каст фильма, а так же комиксов. АМС просит воздержаться от спойлеров в ближайшую неделю.


» В честь выхода INJUSTICE 2, мы объявляем упрощенный прием на всех персонажей, которые присутствуют в игре


» Если у тебя появилось желание надрать задницу ангелу или демону, а может быть стать их должником, тогда тебе срочно надо записаться в «Deception Point». Забудь про плату в виде своей души, они могут забрать у тебя нечто большое.


новости игры

Январь


» Маленькие европейские города — оплот стабильности, ведь там уже много лет размеренная жизнь течёт своим чередом и из года в год ничего не меняется, однако в их прошлом таится множество загадок. И когда Ротенбург, до сих пор сохранивший лёгкий флёр средневекового очарования, оказывается погребённым под розовыми бутонами, сказочные истории о спящих принцессах и волшебных прялках уже не кажутся такими невероятными.


» Призраков бывших агентов разных спецслужб становится всё больше: о них напоминают статьи в СМИ, заметки в анонимных сетях или не укладывающиеся в границы логики криминальные схемы. И порой для того, чтобы догнать мертвеца, приходится заглянуть на самое дно — ведь там удобнее прятаться от чужих взглядов.


Декабрь


» Когда доктору Сандерс, только переехавшей в Германию, практически с порога предложили занять должность замдекана первого философского факультета, пустующую уже полгода, задуматься о щедрости такого предложения ей в голову не пришло. Возможно, стоит наверстать это досадное упущение и выяснить, что же случилось с предыдущим сотрудником, теперь, когда в кабинете обнаружился вскрытый потайной сейф, о существовании которого она даже не подозревала.


» Если есть какая-то более коррумпированная структура, чем силовые ведомства, то это, несомненно, медицина. Там, где есть большие деньги, человеческие жизни не значат ничего. Так было всегда; некоторые схемы живут и здравствуют со времён Второй Мировой. Но что будет, если журналистское расследование вытащит старательно закопанную правду наружу и предаст огласке?


» Череда случайных, казалось бы, преступлений, совершённых обычными гражданами, никогда ранее не попадавшими в зону видимости полиции, заставляет вспомнить дело годовой давности. Тогда следов кукловода, влиявшего на людей, найти не удалось; может быть, в этот раз повезёт больше?


» Интриги на политической арене всё набирают обороты. Международный терроризм подходит к своим акциям устрашения всё с большей фантазией, и вместо простого убийства неизвестного широкой общественности физика разыгрывает не очень красивую, но весьма кровавую драму, в которую оказывается втянута доктор Сноу. И всё бы, может, пошло, как и задумывалось, если бы операция не привлекла внимание британской разведки.


» Когда разведки двух стран работают вместе, в теории это должно способствовать улучшению политических отношений между ними. На практике обычно получается всё строго наоборот, а агентов вообще принято пускать в расход, чтобы не разглашать подробностей операции. Сложности начинаются тогда, когда агент умирать не хочет: его приходится искать по всему миру.
Иногда для того, чтобы геройски умереть.


» Когда Мелеос придумал и создал Басанос, он не знал, что из этого выйдет — но не вышло по обыкновению ничего хорошего. Обладающие собственной волей к жизни, карты стали страстно желать свободы.
Многократные попытки, однако, так ни к чему и не привели; даже отчаянный порыв использовать Люцифера провалился. Но теперь у колоды всё же есть шанс получить желаемое: когда Маг оказался связан со Жрицей.


» Шпионские игры изящны только на экранах кинотеатров. Когда же на одном человеке на самом деле сходится интерес сразу трёх разведок от трёх различных стран, ему остаётся не такой уж и богатый выбор - либо застрелиться самостоятельно, не оставив посмертной записки, чтобы навсегда унести тайны с собой в могилу, либо довериться милости провидения. Особого шарма ситуации добавляет то, что провидение со свойственным себе юмором милость решает представить дьяволом, работающим на Mi-6.


» Готэм всегда был неспокойным и тёмным городом, в котором пышным цветом распускаются неприятности. Однажды ночью Бэтгёрл, ища, кому бы принести справедливости, сама едва не стала жертвой мирового зла, на этот раз — опять — принявшего обличье ополоумевших сектантов, которым не по вкусу вмешательство в их дела. Но помощь нашла девушку самостоятельно, пусть и в очень неожиданном обличье.


» "Плавящая чума" постепенно захватывает Землю, мало интересуясь попытками человечества остановить её распространение. Повсеместное использование высоких технологий на этот раз сработало против их создателей; спустя всего два месяца после регистрации первого заражения вирус добирается через океан и до России, занимая всё новые вычислительные мощности. Благодаря его вмешательству весь мир оказывается под угрозой ядерного удара, поскольку военные больше не могут повлиять на системы запуска; агенты десятка спецслужб пытаются придумать способ разрешить эту ситуацию с минимальным числом жертв.


» Кажется, что после патрулирования ночных улиц Готэма удивляться чему-нибудь невозможно, особенно когда дело касается виртуальных пространств, где самое страшное, что может случиться - бесконечный цикл. По крайней мере, для двух программистов, каждый из которых в одиночку способен взломать информационные системы Пентагона за утренней чашечкой кофе. Но у вируса, проникающего сквозь любые щели, другое мнение: ему нужно всё больше вычислительных мощностей, и только запущенная система отлично подойдёт для его целей.


Ноябрь


» Несколько месяцев назад архангел Михаил, неудачно воскрешённый пародией на Творца, был вышвырнут тёмным клинком Люцифера в неизвестность. Бардак в мультивселенной и пустующий трон Бога - веская причина попытаться найти его; однако никто не знает, что именно может таиться в черноте карманного измерения, ведь тварь, считающая себя Яхве, порядком ослаблена - но не мертва.


» Под очевидным всегда может найтись двойное дно. N-металл - одна из величайших загадок и для Земли, и для Танагара. Его существование противоречит половине физических законов и самой, возможно, задумке метавселенной, и появление его никогда не было случайностью. Но настоящий смысл его присутствия в их жизни, пожалуй, ни Ястреб, ни его бывшая супруга никогда не смогли бы даже предположить, если бы не вмешательство дьявола.


» "Чёрные Ястребы" больше не существуют, полковник Линкольн считается умершим, а спецагенты работают, на кого и где придётся. По меньшей мере, такова официальная версия событий. Однако при этом одновременно двое некогда связанных с "Чёрными Ястребами" людей обнаруживают недавно установленные системы слежения - и едва ли это простое совпадение. Но кому и зачем вообще может потребоваться контролировать распущенный отряд?


» Герой должен оставаться героем всегда - а то, что творится за пределами геройской жизни, принято ограждать от чужих взглядов, даже если это товарищи по команде. Но порой события, не относящиеся к рабочим будням, набирают такие обороты, что утаить их очень сложно, и случайная вспышка гнева может приоткрыть личные тайны, о которых не принято распространяться.


» Казалось бы, какая связь может быть между Иггдрасилем, архангелом Михаилом, недавно погибшим агентом британской разведки и двумя женщинами из Лиги Справедливости? Но у вселенной странное чувство юмора, и ответ на этот вопрос упрятан в золотое яблоко из садов Идунн - вот только до них нужно ещё суметь добраться.


» Говорят, многие знания - многие печали. Распутанный клубок прошлого, таивший в себе пятнадцать миллиардов лет событий и перерождений, переворачивает половину мультивселенной с ног на голову. И приводит к весьма неожиданным кадровым перестановкам в Аду.


» Иногда следовать воинскому долгу - не лучшее, что можно придумать. Самоотверженное решение Картера Холла вернуться на Танагар без ведома супруги заставляет начать вращаться шестерёнки событий, которые неизвестной силе удалось остановить на много миллиардов лет. Тайны прошлого, пролежавшего в забвении почти пять тысячелетий, способны полностью изменить расстановку сил в мультивселенной.


Октябрь


» Иногда темнейшую ночь года согревают не просто кострами, но кострами по учениям самого Торквемады, сжигая для большего тепла еретиков и оккультистов. И всё, на что остаётся надеяться в таком случае магу, примотанному к столбу - так это на собственную хитрость и помощь одной летучей мыши.


» Опасно раскачавшееся равновесие вселенной заставляет многих желать большего, чем обычно. Ночь Хеллоуина ведьмы называют Самайном. Темнейшая - так говорят - ночь в году, когда нечисти дано право резвиться среди живых; ночь горящих костров - и ночь Дикой Охоты, мертвецов с призрачными гончими, которой жаждется весь мир уронить в белую зиму.


» И даже на обычной школьной экскурсии с океанологом всегда есть шанс оказаться по уши в крупных неприятностях, ведь океан - живой, и он не любит, когда ему причиняют боль. Как не любит и его король.


» Вирус прорастает в технологиях Земли всё глубже, захватывая не только системы искусственного интеллекта или "умные дома", но и сервера игр с миллионными аудиториями. Хотите посмотреть на Чудо-Женщину, которой приходится стать бардом? Надевайте очки виртуальной реальности - и присоединяйтесь.


» Высокие технологии - не всегда благо. На Землю попадает вирус, превращающий технологические импланты и органику в одно целое; поражено огромное количество управляющих узлов - от школ и больниц до военных объектов с ядерным вооружением. Микробиологи и биоинформатики ВОЗа близки к панике и объявлению эпидемии "плавящей чумы".


» В городских легендах и слухах порой возникает странный и мерзкий шепоток, который говорит о той грани недопустимого, что пугает даже бывалых наёмников. О культе, про который не принято говорить и думать, ибо он настолько мерзок, что даже его упоминание вызывает отвращение.
О культе, в котором плоть человеческая превращается в хлеб.


★ топы

DC: Rebirth

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DC: Rebirth » Дневники памяти » You're the best [Shiera Sanders, Theodore Hartright]


You're the best [Shiera Sanders, Theodore Hartright]

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

http://s3.uploads.ru/RUzyE.jpg

» игроки: Shiera Sanders, Theodore Hartright
» место: Земля-прайм, окрестности Берлина
» время действия: 22.12.2017
» описание:
[audio]https://music.yandex.ru/album/67230/track/280972[/audio]
Перед тем, как начать собирать ресурсы, чтобы иметь возможность исподволь влиять на политическую ситуацию в мире, нужно убедиться, что потенциальные руководители могут участвовать в военных операциях наравне с подчинёнными. Необходимо постараться учесть все возможные ситуации, в том числе и вероятность остаться без силы. Привычный к подобному дьявол готов помочь жене. Что может пойти не так в обычной тренировке?

0

2

Последний раз Шаира бывала на нормальной — ну насколько это описание вообще было применимо к физиологии металюдей, представлявших собой основной состав всех супергеройских команд, — тренировке не меньше полугода назад. С тех пор произошло многое, и большая часть этого была столь не радужна в осознании, что женщину накрепко прибрала в свои прохладные объятия жуткая депрессия, из которой её буквально за руку вытащил дьявол. Последние пару месяцев же ей и вовсе хронически было некогда: привычный мир успешно рушился, оставляя после себя горьковатый привкус обмана длинной в миллиарды лет, и требовал обратить на него всё возможное внимание.
И ещё немного невозможного.

Предложение супруга для начала хотя бы посмотреть, в какой физической форме она находится здесь и сейчас, валькирию даже немного удивило, потому что обычно задумываться ей над этим не приходилось: жизнь сама с диким восторгом подбрасывала героям возможности для того, чтобы умереть, разбившись о кого-нибудь достаточно могущественного. Ну или выжить — если повезёт. Спорить с дьяволом она, впрочем, не стала, согласилась в обычной своей манере, только уточнила, что сначала навестит университет и закончит с делами там. Новое место работы, новые коллеги и новые студенты нравились Сандерс; портить отношения с начальством, и без того редкостно понимающим в отношении едва-едва устроившейся сотрудницы, не хотелось.
Хотя, учитывая то, как ректор демонстрировал её французским коллегам на последней конференции несколько дней назад, женщина пришла к выводу, что ректорат выиграл от её появления у них немного больше, чем она сама. Впрочем, это было объяснимо; бывший муж наукой интересовался куда в меньшем объёме, чем геройскими буднями, и в этой области жизни деве битв не требовалось быть в его тени, а оттого и известность она получила немалую — пусть и в достаточно загадочных академических кругах.

На парковке перед университетом её встретил Роберт, меланхолично листавший что-то в смартфоне, который он пристроил на руль.
Шаира не удивилась. Она вообще редко чему-то удивлялась, надо признать; с тех пор же, как в её жизни появился дьявол и принёс с собою странности, которые происходили вокруг него в любой его ипостаси, женщина вообще утратила, казалось, эту способность, воспринимая окружающий мир просто как должное. В конце концов, Форбс был ещё не самым плохим вариантом.
Закинув спортивную сумку с вещами и ноутбук в багажник, жрица устроилась в салоне, запахнулась в свои крылья и благополучно нырнула в сорок минут спокойной полудрёмы: привычка, полученная ещё в полицейских буднях на Танагаре. Не имея возможности заняться более полезными делами, лучше было дать сознанию и телу отдохнуть.
От встречи с Теодором особых поблажек можно не ждать — уж настолько павшего ангела она знала. Хорошо, если домой удастся добраться на своих двоих.

Разбуженная аккуратным прикосновением к плечу, Шаира потянулась, откинула на спину тугую косу и белокрылым росчерком выпорхнула из салона. Тяжёлые военные берцы почти не шумели, женщина словно бы вообще не касалась земли.
— Напомни, зачем мне это всё? — Одарив супруга лёгким прикосновением поцелуя к виску, спросила валькирия.
Гиблые зелёные глаза её отблёскивали смехом. Как бы то ни было, она была рада делить с ним жизнь — и здесь, на Земле, тоже.

+1

3

Всё происходящее с начала сентября не нравилось Хартрайту от слова "совсем", а события последней недели убедили, что им обоим необходимо заняться собой. И начинать следовало с человеческой ипостаси, потому что сила — обманчивая вещь, а в условиях происходящего ещё и весьма ненадёжная. Равновесию было совсем плохо, когда он принимал ту или иную сторону, его жена производила меньше колебания весов, но всё же производила. И, поскольку она не могла отказаться от своей сути, пришло время сделать ей ещё один подарок.
Он ждал их в лесу около заброшенной в шестидесятые военной базы. Участок и строения на нём принадлежали ему, но восстанавливать что-то кроме внутренностей главного здания он не торопился: полуразваленные комплексы не привлекали желающих, а внутрь мешала попасть охрана и забор под напряжением. Чёрный представительский седан отблёскивал полированным боком в бледном свете зимнего солнца. Когда из машины показалась Шаира, он улыбнулся, очень искренне и безщащитно, но подобрался почти сразу. После целомудренного поцелуя жены, он бесцеремонно схватил её, прижав к себе и перед тем, как запечатьть уста поцелуем шепнул:
— Буду делать из тебя Индиану Джонса.
Перебросив ключи Роберту, он повёл супругу за собой, заговорив лишь тогда, когда Форбс оказался в машине.
— Во-первых, ты хотела присоединиться к моей игре. У неё есть свои правила и они очень жёсткие. За последние два года я лишался сил шесть раз, ещё чаще ограничивал их сам. Невмешательство для сущностей нашего порядка — не пустая блажь, равновесие страдает от применения сил, особенно связанных с изменением ситуации. Каждое действие рождает противодействие, и всё в этом роде. — Он затянулся в последний раз и выбросил бычок в старую мусорку перед входом. Открыв задрипанную и держащуюся на соплях дверь, он приложил ладонь к датчику. На зелёном табло загорелась надпись о том, что доступ разрешён. Щёлкнул магнитный замок, впуская их в тёплое нутро холла. Теодор включил свет и стал снимать с себя куртку. Несколько неловко, потому что раны, полученные несколько дней назад от карт Басанос, в человеческом обличии заживали ещё дольше, чем обычно. И это напомнило ему ещё об одной причине. Он вздохнул и посмотрел в топкое болото глаз Шаиры, очень стараясь не увязнуть и продолжил. — Во-вторых, то, что было два дня назад — недопустимо. С моей стороны тебе больше ничего не угрожает, но в Граде и Аду сотни тварей, которые будут жаждать нашей — твоей смерти. И не всегда я буду в состоянии помочь тебе; считай эту тренировку моей блажью. Катар был прав в одном: ты должна мочь противостоять опасности. И это подводит нас к третьей причине. — Повесив куртку на вешалку, он остался в лёгкой рубашке. Открыв шкафчик, он вытащил оттуда два полотенца и протянул одно супруге. — Даже без твоей силы у тебя всегда есть ты сама. Если ты зависишь от силы, ты будешь обузой для тех, с кем собираешься работать.
Дьявол был безжалостен и прямолинеен, наверное это было бы обидно, но на его лице было написано такое беспокойство, что причина резкости была понятна без слов. Распахнув перед ней дверь, дьявол дёрнул рубильник вверх, с громким щелчком вспыхнули лампы, открывая огромный зал, на который они смотрели сверху. Полоса препятствий сделала бы честь любому армейскому корпусу, а на балконе, шедшем по её периметру, были двери с аккуратными табличками. Спортзал, бассейн, тир, оружейная — их было слишком много, чтобы запомнить. Кажется, был даже учебный класс виртуальной реальности. Комплекс не сильно отличался от того, который предоставлялся наёмникам Флейм Секьюритиз, которой теперь руководила секретарь Теодора, но теперь он был создан с учётом особенностей владельцев.
— Душевая там, — Хартрайт махнул рукой в сторону одной из дверей. — Буду ждать тебя здесь, моя леди.

Он сам не сильно морочился с одеждой, лишь сменил рубашку на футболку, и теперь ждал жену у спуска, сжимая в руке какой-то свёрток и обсуждая что-то с Робертом. Улыбнувшись жене, он протянул ей свёрток.
— Я в этом больше не нуждаюсь, так что это теперь твоё. — В свёртке оказалась уже знакомая Шаире шкатулка в которой на чёрном бархате покоились медные наручи с мистическими силами. — Эта игрушка — часть полного коронационного оранта для падших ангелов, — криво усмехнулся Теодор. Остальные части я уничтожил, но лучше быть настороже. Напомни, расскажу в перерыве захватывающую сказку. Готова? [NIC]Theodore Hartright[/NIC][STA]I always lie[/STA][AVA]http://s3.uploads.ru/CB4sF.jpg[/AVA][SGN]http://sg.uploads.ru/cRFpl.gif[/SGN]

+1

4

Забрав из багажника машины свою сумку, женщина закинула её себе на плечо и послушно пошла с Теодором рядом бесшумными кошачьими шагами. Недлинное чёрное пальто резко оттеняло белые крылья и бледное лицо, делая Сандерс скорее наброском, чем живым существом из плоти и крови.
Глубокий голос дьявола завораживал её, гипнотизировал даже тогда, когда он оборачивался в смертного, и для того, чтобы сосредоточиться на словах, приходилось смотреть себе под ноги, мысленно удерживаясь за реальность. Разум явно отказывался соглашаться с тем, что нужно вновь переходить к привычному стилю жизни, что выпестовал ручную, карманную паранойю; и вместе с тем Шаира отчётливо понимала, что больше не сможет оставаться в стороне, закопавшись в свои загадки и науку, в которых всё пыталась забыть себя саму и мир вокруг.

Слова Хартрайта, возможно, звучали бы даже обидно — для кого угодно, кроме этой женщины. Едва взглянув в его красивое лицо, на котором сквозь обычную холодную невозмутимость прорастала тревога, она лишь только кивнула. В конце концов, он не пытался посадить её под замок или хотя бы привязать цепями к батарее, как это регулярно порывался сделать кузнец; всё остальное как-нибудь было можно пережить.
"Хочешь играть во взрослые игры — покажи, что выдержишь." Позиция абсолютной логики, с которой не возникало желания спорить.
Хотя нет, у неё просто не было желания спорить с Хартрайтом даже из вечного женского желания посмотреть, а что получится в результате. Он был слишком умён и опытен.
— Я просто хочу напомнить, что я не самая беззащитная женщина в этой вселенной, лорд мой. Трижды богоубийца, несчётное число дева битв у всех языческих пантеонов и семьдесят лет как герой в половине общемировых команд, я воюю дольше, чем живёт человеческая цивилизация, хоть это и не доставляет мне великого удовольствия. С тобой меня не сравнить, безусловно, но тебе я и не сопротивлялась. И пятьдесят тысячелетий я жила без доступа к собственной силе, которой даже не помнила. Не сказать, чтобы слишком хорошо жила, и своей смертью, насколько помню, я не умирала ни разу за всю вечность, но всё же отказаться от неё для меня труда не составляет. Не в смысле, что я против, что мне нужно заняться собой, не подумай, — она улыбнулась, спокойно и немного грустно, — но не считай меня слабее, чем я есть. В одном, однако, ты прав особенно: я сильно потеряла после того, как перестала использовать N-металл. Нет, я не жалею о том, что отказалась от него, но теперь многому нужно учиться заново… Впрочем, когда я рождалась здесь, на Земле, раньше, я же как-то обходилась без него. Переживу и это.

Стремительный жест рукой; жрица перехватила полотенце в воздухе и, коротко кивнув, ушла, забрав свою сумку.

Вернулась она довольно быстро, привычно заплетая длинные в одно мгновение высохшие волосы в толстую косу. Чуть мешковатая бежевая футболка, плотные штаны, неизменные армейские берцы; налёт женственной элегантности, которым учёный-историк могла бы похвастать в университете, слетел с неё мгновенно, вновь оставляя только холодную солдатскую суть. Она не любила войны — и сроднилась с ними за слишком долгую жизнь даже против собственного желания.
Подойдя ближе к разговаривавшим мужчинам, жрица забрала шкатулку, мельком глянула на латунный отблеск оккультных символов, потом вновь подняла взгляд. Несколько бесконечно долгих секунд валькирия изучала вовсе не артефакты, а лицо супруга, потом коротко пожала плечами и, взяв браслеты, с лёгким щелчком застегнула их на своих запястьях. В малахитовых глазах вспыхнуло и тут же умерло закатное солнце, заставив Шаиру пошатнуться; чувство было таким, будто из неё в один рывок выдрали кусок сущности.
Женщина тряхнула головой.
— Боги, какие незабываемые ощущения, — пробормотала жрица, хватаясь рукой за поручень перил. — Теодор, как ты с этим функционируешь постоянно? Получать от Картера моргенштерном было и то немного приятнее. Одну… Секунду.
Она отвернулась, и лицо её превратилось в посмертную маску — абсолютно застывшее, каменное, пока Сандерс, отрешившись от всего внешнего, осматривала себя. Потом она повела крыльями, легко, стремительно возвращаясь к реальности; голос вновь звучал совершенно ровно:
— Кажется, я стала слабее физически. Не уверена, где заканчивается человечность и начинается сакральная сущность, мне как-то никогда не приходило в голову в этом копаться; но дары богов вроде бы по-прежнему со мной — они ведь появились позже, чем остальное. Ладно, неважно, разберёмся по ходу.

Хищный зелёный взгляд обжигал, и короткое, резкое слово покатилось по полу серебряным шариком:
— Да.

+1

5

Он наперёд знал все её возражения, но не мог не настаивать на том, чтобы максимально обезопасить супругу. Высокая башня, батарея и запрет на вмешательство в дела претили его природе, хотя соблазн был и он был огромным. Тренировки были компромиссом для них обоих — и оба это понимали прекрасно. Хартрайт болезненно боялся потерять эту женщину, теперь — особенно. Он был готов сделать всё от него зависящее, чтобы она оставалась с ним ту часть вечности, которая закончится вместе со временем. И если понадобится пережить её недовольство этим фактом, он переживёт.
— Я не считаю тебя слабее, любовь моя, — улыбнулся Теодор сквозь беспокойство. — Я хочу, чтобы ты стала ещё сильнее.
Он посмотрел ей вслед, ощущая, что его лишили чего-то очень нужного. Так случалось каждый раз, когда она исчезала из виду. Когда-нибудь он научится с этим жить. Но пока это было проблемой: он вздохнул и ушёл переодеваться сам.

Жена не смотрела на браслеты и мгновения, но очень долго изучала его самого. Он не знал, что она хотела увидеть, но очень хотел дать ей ответ. Видимо, удалось, потому что браслеты она взяла. Реакция оказалась предсказуемой — и ей повезло, потому что его в первый раз использования артефакта пытали с огоньком, который присущ почти всем жителям герцогства Севирама. Чародейка, которая нуждалась тогда в его услугах, только брезгливо сморщила нос. Хартрайт протянул Шаире пластиковый стаканчик, в котором плескалось что-то, пахнущее травами. Бодрил даже запах, хотя на вкус это была первостатейная дрянь.
— У меня есть я, — мягко напомнил он жене. — Сила — это инструмент, без которого можно и нужно уметь обходиться. Спрячь крылья, теперь ты это можешь сделать. Просто подумай об этом и они исчезнут. Вернуть их можно так же. Твоя сила всё ещё с тобой, артефакт оставляет тебе минимум для выживания. Идём.
Он вручил Форбсу секундомер и пульт и сбежал по ступеням. Дождавшись жены, он улыбнулся и кивнул Роберту. Прозвучал звук выстрела и Хартрайт сорвался с места. Шаира предсказуемо оказалась быстрее, его мышцы были предназначены для битв, не для бега. Скорость обоих была за пределами человеческих возможностей, но полоса препятствий была создана так, чтобы уравнять их силы. Там, где Сандерс приходилось тяжелее, Хартрайт с лёгкостью  проходил препятствие, но там, где требовалась ловкость он уступал. К финишу Шаира пришла первой, обставив Теодора на пару шагов. Он был бледен и тяжело дышал, Роберт протянул ему стаканчик с водой и таблетку.
— Отвратительно, — сказал Форбс, останавливая секундомер. — Если я правильно понял вашу физиологию, вы оба могли пройти полосу в полтора раза быстрее. Спишем на то, что один ранен, а вторая не привыкла обходиться без силы. У вас полчаса на то, чтобы прийти в себя. Записи будем смотреть позже.
Он ушёл, оставив супругов отдыхать. Теодор подобрал полотенце и вытер лицо, только после этого проглотил предложенное обезболивающее и хрипло рассмеялся.
— Ты была прекрасна, миледи. Но Роб прав, нам нужно возвращаться в форму.
Рассказ о браслетах был короткий. Хартрайт рассказал, как стал свидетелем их создания Судьбой, как получил их, согласившись на сделку с Цирцеей, а после — как едва не стал жертвой оставшейся части артефакта. Кроме браслетов, лишающих сил, были ещё кулон, лишающий воли и венец, отрезающий сознание падшего ангела от всех вероятностей и гасящий сознание. Полный коронационный набор, регалии власти, лишающие её на время, пока длится наказание — или пока жив коронованный преступник.
— То ещё удовольствие, — скривился Теодор. — Я уничтожил венец и ожерелье, принадлежащие к этому набору, но нет гарантий, что Отец просил Вечного сделать всего один. Будь осторожна с ними, ладно? [NIC]Theodore Hartright[/NIC][STA]I always lie[/STA][AVA]http://s3.uploads.ru/CB4sF.jpg[/AVA][SGN]http://sg.uploads.ru/cRFpl.gif[/SGN]

+1

6

С благодарным кивком приняв стакан, дева битв выпила его залпом. Дрянь на вкус была просто отменная, горчила, как полынь, но разум очистила мгновенно. Ощущение смешанности реальности ушло мгновенно, осталось только слабое ощущение собственной нецельности, но с этим можно было существовать относительно спокойно.
— Я не ангел, Теодор, и крылья — обычная часть моего тела, которая вообще никакого отношения не имеет к сакральной сущности. У меня половина крови в этом перерождении была танагарианской, — попыталась было воспротивиться жрица, но потом опять столкнулась тревожным взглядом со стальным — мужа, вздохнула и покорно склонила медноволосую голову. — Как скажешь.
Белоснежное оперение, обернувшись ночным туманом, осыпалось к ногам лёгкими хлопьями дыма, чтобы тут же исчезнуть, оставив Шаиру с чувством полной обнажённости на прощание. Правая рука женщины конвульсивно сжалась в кулак, но она смолчала, умудрившись и выражение остроскулого красивого лица сохранить где-то в пределах обыденного спокойствия.

Без крыльев было плохо, просто и незамысловато. Пока Сандерс существовала в плоскости обычных — насколько это возможно применительно к героям, — существ, её не беспокоил факт их наличия ничем, кроме мелких бытовых сложностей, и она привыкла полагаться на ещё одну пару конечностей. И теперь чувствовала себя примерно так же, как пришедший в себя пациент после операции ампутации: ещё ничего не болело, но уже чего-то тоскливо не хватало. Вздохнув и привычным жестом убрав выбившиеся рыжие пряди с лица, она поспешила за Теодором.
Теперь надо было постоянно удерживать в памяти то, что гравитация — вполне себе реальное физическое явление, закрыться от удара или выстрела крылом не получится, а на лопатках не было больше привычной тяжести. Заметно поменялся и баланс тела, с которым теперь предстояло как-то нормально жить. Хотя бы в пределах разумного.
Отвратительно.

Рефлексы, впрочем, ещё неплохо помнили обычное, около-человеческое состояние, и полоса препятствий была хоть и не самым приятным, но всё же относительно безболезненным для самооценки сюрпризом. К финишу ей даже удалось обойти Хартрайта — на два с половиной шага; хотя учитывая то, что он был ранен и до сих пор двигался немного скованно, это было новостью из разряда "прими к сведению и сильно задумайся".
Она и задумалась, где-то в памяти воскресив себе мысль полностью вернуться обратно к карьере тихого учёного-археолога. Конечно, всем, включая саму Шаиру, было понятно, что этого никогда не случится, но сам факт наличия запасного пути как-то утешал.
Дышала она спокойно. Уступая многим в силе, выносливостью княжна могла посрамить любого хищника.
— Было бы неплохо, чтобы мы сами понимали свою физиологию, — тихо проворчала женщина себе под нос, кивком поблагодарив удалившегося Форбса.
Сев прямо на пол и сложив ноги по-турецки, она посмотрела на Хартрайта, запивавшего водой обезболивающее, чуть качнула головой. Её восхищала железная воля супруга, способного, казалось бы, перенести абсолютно всё, что могло произойти, но всё же достаточно часто пташка приходила к мысли, что в этой воле слишком уж много от упрямства Валаамовой ослицы. Преодоления себе можно было бы оставлять и поменьше.

Отирая лицо и шею полотенцем, она внимательно выслушала рассказ про артефакты, оценив уже привычную затейливость что Творца, что Судьбы, вытянула руки и внимательно осмотрела поблёскивающие полосы металла на запястьях. Они не казались грозными; просто странные украшения, если не знать точно, для чего — для кого — они сделаны.
Затем валькирия улыбнулась, протянула руку и ободряюще коснулась мужского плеча горячей ладонью.
— Я буду очень осторожной, милорд. Я ведь обещала тебе.

Она грациозно потянулась, откидываясь назад, и вдруг замерла в совершенно неестественной позе, явно во что-то вслушиваясь. На красивом лице отразилось замешательство.

+1

7

Невзирая на раны, тело приятно ныло от физических нагрузок, а наличие жены, сидящей рядом с ним на полу, делало Теодора почти счастливым. Им предстояло за сегодня многое вспомнить и понять, где у обоих пробелы, Хартрайт предвкушал спарринг с Шаирой, он обещал быть интересным — мало кто среди его знакомых мог сравниться с ним в опыте. Прикосновение легче воздуха заставило его выпрямиться. Мимолётная улыбка обозначилась в уголках рта; неприятные ощущения стёрли её очень быстро, Теодор нахмурился подобно своей супруге: смерть он чуял в любом состоянии и при любом доступе к силам.  Вопросительно посмотрев на жену, он поднялся и быстрым шагом направился к двери с надписью "Арсенал", даже не оглянувшись, следует ли за ним жена: в критической ситуации вместе они бывали не единожды и оба понимали, когда слова — пустая трата времени.
Снова сканер считал отпечаток ладони и дверь распахнулась, открывая доступ к новинкам военного рынка. Вооружался Хартрайт очень быстро, подтянутая под его фигуру кобура уже ждала на вешалке, два "Кольта", которым он не изменял уже долгое время, устроились в ней. Пристегнув ножны с тяжёлым тантоидом к бедру, он вщёлкнул магазин в штурмовую винтовку и, наконец, обернулся к жене.
—  Незапланированные полевые учения, — хмыкнул он и достал коробку с сигаретами. Воткнув одну в рот, Хартрайт бросил жестянку на стол и, пропустив супругу вперёд, захлопнул дверь за ними.
Тишина в комплексе стояла гробовая. Со стороны бассейна к ним бежал Роберт, на ходу перезаряжая пистолет. Теодор только покачал головой:
— Оставайся здесь. — Увидев, как Форбс вскинулся, он продолжил. — Кто-то должен нас координировать. После того, как закончишь работу с психотерапевтом, Шаира осмотрит тебя и я допущу тебя к полевой работе, обещаю.
С сомнением посмотрев на босса, Форбс неуверенно кивнул и направился следом за ними, чтобы перед выходом забрать из шкафчика наушник для себя.
— Первый периметр пройден, — доложил он, — ребята удерживают второй, но, судя по тому, что я успел заметить, их надолго не хватит. Люди, есть мета, управляет металлом, как я понял. Удачи!
Выдав Сандерс высокотехнологичную приблуду, Хартрайт вставил в ухо свою и вышел наружу, не утруждая себя благодарностью. Им требовалось понять, что пооисходит, пока Форбс не доберётся до систем наблюдения.
— Ворон в канале, — проинформировал Теодор. Ему откликнулись три голоса.
— Эхо в канале.
— Дельта в канале.
— Альфа в канале, Бета выбыл.
— Принято, — скрипнул зубами Хартрайт, едва не перекусив фильтр сигареты. Кивнул жене, позволяя ей выбрать позывной. — Доложите обстановку.
Он шёл, слушая доклад и следя за тем, как скользит рядом валькирия. Тишину изредка нарушал стрёкот винтовки. Нападающих было около тридцати и, судя по тому, что они не торопились проходить вторую линию обороны, их будет серьёзно больше.
Короткими перебежками они добрались до поста Бета, устроенного в одном из полуобрушившихся корпусов бывшей базы. У входа валялся труп в зимней форме НАТО без опознавательных знаков. Дальше лежало ещё одно тело. Быстро добравшись до него, Хартрайт проверил пульс.
— Бета жив, — коротко доложил он в эфир. Шаира услышала отчётливый выдох кого-то из охранников, который заглушил гул вертолёта. Внимательно посмотрев на жену, Хартрайт материализовал крылья и коснулся браслетов:
— Снимай. — Скомандовал он.
— Ворон, — наконец прорезался голос Форбса. — Они ждали вертолёт. Тигр, на борту, судя по тому, что я вижу...
— Я заметил, — иронично и не по уставу ответил Теодор. — Парни, держите периметр, попробуем избавить вас от птички.
Наотмашь ударила пулемётная очередь.
— Попробуем захватить? — Уточнил он у жены, всё ещё не торопясь использовать свои силы. [NIC]Theodore Hartright[/NIC][STA]I always lie[/STA][AVA]http://s3.uploads.ru/CB4sF.jpg[/AVA][SGN]http://sg.uploads.ru/cRFpl.gif[/SGN]

+1

8

Созерцая, как быстро и спокойно вооружается Хартрайт, жрица в очередной раз почувствовала себя не на своём месте и не в своё время. Где-то после семнадцатого века она окончательно перестала интересоваться эволюцией человеческого оружия и теперь пожинала плоды своего безразличия.
— У меня огромные проблемы с огнестрелом, — признала Сандерс, с лёгкой тоской осмотрев арсенал, — я практически не использовала его раньше, только на Танагаре. Тебе будет, с чем работать.
По примеру супруга пристегнув на пояс нож, она вышла из комнаты первой, ловко нырнув под мужскую руку.

События развивались всё стремительнее и увлекательнее, и женщина решила пока о них не задумываться, просто позволив реке нести себя и дальше. Размышления тут явно были последними, что требовалось.

Взяв с ладони Теодора "таблетку", валькирия вставила наушник, чуть поморщилась: техника у неё обычно дохла в течение первых трёх часов, за что морально Шаира была неоднократно бита бушевавшим Киборгом. Миллисекунда паузы, жрица перехватила кивок супруга; высокий женский голос звучал холодно и чисто:
— Лебедь в канале.

На улице было холодно и крайне увлекательно, если верить раздававшимся выстрелам. Они нашли тело караульного; изучив его с расстояния в полтора шага, женщина пришла к выводу, что жить будет и даже весьма неплохо, если его подлатать.
Но это приходилось отложить на потом.

Звякнул металл; женщина молча сняла наручи и протянула их Хартрайту, не став ни спорить, ни спрашивать. Она и сама отлично видела, что он прав: после почти вековой неуязвимости, привычку бездумно бросаться на передовую не вытравишь за два часа, а раненной или убитой жрица точно оказалась бы максимально бесполезной в сложившейся ситуации. В тревожной зелени глаз блеснуло золотом недоброе горячечное сияние и тут же опало, Сандерс привычно напрягла крылья. Ей, в общем-то, не требовалась никакой иной дар, кроме собственного тела, за долгие тысячелетия практики превратившегося в оружие, которому было сложно отыскать равных.
Жизнь с Катаром сложно было назвать счастливой, но уж вот в количестве предоставленной солдатской практики упрекнуть его было невозможно.
— Есть другие варианты? — Спросила она, с лёгким интересом созерцая вертолёт. — Вряд ли он сдастся нам добровольно. Пошли. Расскажи мне потом, кого ты так сильно оскорбил своим существованием.

Огромные белые крылья зачерпнули холодный воздух.

Она сейчас снова двигалась быстрее доступного человеческому взгляду, мгновенно опередив супруга и уйдя на высоту, замерла под пузом вертолёта, сосредоточенно размышляя. Можно было, не мудрствуя лукаво, просто уронить пташку, закоротив винт — на это вообще не требовалось никаких особых усилий, но Сандерс опасалась спровоцировать взрыв, который в лучшем случае потребовал бы от дьявола ещё пары месяцев ремонта на тренировочной базе. Приходилось выбирать варианты с меньшим коэффициентом возможных разрушений.
Малахит радужки подёрнулся привычным хищным багрянцем. Мир замедлился, как всегда бывало в горячке боя, позволяя деве битв прикоснуться к тёмной стороне своего существа и почерпнуть в ней уверенности и необходимой холодной ярости. За мгновение она пережила тысячу мыслей, выбирая правильную; резкий, тяжёлый взмах — и она выскользнула из-под закрывавшей её туши вертолёта.

Страшнейший удар крылом и плечом пришёлся по стеклянному куполу оператора. Без него, во-первых, пилот был наполовину слеп; во-вторых, сидящий впереди помешать мог с куда меньшим успехом — не позволяла разница в уровнях между креслами, пилот находился значительно ниже. В осколках стекла, которое по определению было пуленепробиваемым — и уступило валькирии в прочности, — Шаира камнем упала в кабину.
Сознание фиксировало сцены короткими отрывками, без динамики — кадры на фотоплёнке, позволяя воительнице выхватывать только то, что было важным, не отвлекаясь на постороннее. Сгибом крыла выбив из чужой руки пистолет, женщина рванулась вперёд и немного в сторону, без труда балансируя в пошедшем в разнос борту, и, не выдумывая ничего интересного, просто свернула противнику шею. Раздался сухой хруст, какой бывает, когда ломается ветка.

Мёртвое тело оператора, беспощадной сильной рукой вырванное из кресла, полетело вниз. Пилот успел дёрнуться, случайно ударил штурвал левым коленом, пытаясь в полуобороте выстрелить из пистолета назад, в сторону женщины, появившейся в кабине; борт начал заметно крениться. Надсадный вой винта вежливо намекал, что в таком режиме лететь долго получится разве что навстречу распахнувшей объятия земле.
Сандерс перехватила чужую руку, выворачивая запястье и выбивая оружие, оттолкнула упавший ствол ногой. В качестве ударной силы она всегда была хороша.

+1

9

Сигарета отправилась в кусты,  а Хартрайт взлетел следом за супругой, внимательно следя за тем, что творится внизу. Разумеется, она не подумала о том, чтобы хоть как-то защититься от взглядов снизу: ей пули были не страшны, а он не хотел терять время на воскрешение. Набросив на обоих лёгкий полог невидимости, чтобы не привлекать лишнего внимания, он полетел следом, давая ей возможность действовать и страхуя. Во второй раз она захватывала вертолёт в паре с ним; усмехнувшись, Хартрайт направился следом. Проводив пролетевшее мимо тело взглядом, он негромко пообещал в эфир.
— Ждите, парни, сейчас будет весело.
— Так точно, — отозвались три голоса вразнобой.
В вертолёте он оказался к тому моменту, как прозвучал выстрел. Шаира справилась с ним, избавив от оружия, а Теодор выстрелил одиночным почти в упор, потянулся за штурвалом и выровнял вертолёт в воздухе.
— Ты захватила для меня вертолёт, — усмехнулся он, — как романтично.
В эфире послышались смешки, попытка поднять боевой дух удалась, а взгляд, доставшийся Сандерс, был очень горячим, как поцелуй, подаренный ей. В серых глазах вновь полыхало пламя, видимое даже сквозь смертную ипостась. Из передатчика вертолёта, ожившего внезапно, донеслась русская речь.
— Борт "Кошка", что у вас творится?
Положив руку на плечо застреленному, удерживая второй рукой штурвал, Хартрайт коротко велел: "Отвечай!"
И пилот ответил. Было странно видеть, как покойник с дырой в черепе разговаривает, но он своим голосом отвечал то, что вкладывал в его уста маг.
— Лёгкая заварушка, я потерял второго, но пташку удержу.
— Поддержку вести сможете?
— Постараюсь. Ten-four.
— Ten-four. — Отозвались ему.
Хартрайт облегчённо выдохнул.
— Лебедь, — позвал он, выдёргивая труп с кресла. — Держи пташку ровно.
Уступив место за штурвалом жене, Теодор уселся за пульт и быстро отыскал кнопки управления оружием. Пулемётная очередь ударила снова, ведомый подсказками Форда, британец бил прицельно и очень точно. Приказав своим людям захватить живыми двух человек, Хартрайт убивал, а на лице застыло равнодушие: каждая смерть била наотмашь, доставляя массу неприятных ощущений и мужчине приходилось держать себя в руках, чтобы яростная природа не взяла своё. К концу массовой казни (иначе происходящее назвать было трудно) лицо Теодора покрылось испариной.
— Сажай на дорогу, — велел он. — На территории места пока нет.
Выскочив из кабины, он направился в сторону комплекса, не оборачиваясь на жену. Он всё ещё опасался напугать её своей яростью, хотя знал, что прощение получил полное и безоговорочное. На ходу отдав приказ захваченных доставить в подвал комплекса и пообещав заняться ими лично, но позже, Хартрайт осторожно попросил жену помочь парню под кодом Бета.
Это был побег и Теодор не очень понимал, от чего бежит. У входа в комплекс он встретил Форбса.
— Звонили из офиса, — без прелюдий сообщил тот. — Приехала почта на ваше имя с пометкой срочно. Я привезу через час.
Хартрайт кивнул и скрылся за дверью, Форбс пожал плечами, дескать, понятия не имею, что с ним, кивнул подходящим к зданию людям и ушёл.
Теодор очень быстро вернул так и не пригодившееся оружие в арсенал, добрался до душевой и так же быстро разделся. Вода в бассейне приятно холодила кожу и очень сильно ставила мозг на место. Первые пару кругов он сделал очень быстро и остановился отдышаться у бортика. Эта жизнь была для него привычной. Была она привычной и для Шаиры, более того, она принимала его таким, какой он есть. Но он себя таким принимать перестал. Скрипнув зубами, он изготовился плыть снова, чувствуя отголоски ярости, ещё не унявшиеся с момента убийств. [NIC]Theodore Hartright[/NIC][STA]I always lie[/STA][AVA]http://s3.uploads.ru/CB4sF.jpg[/AVA][SGN]http://sg.uploads.ru/cRFpl.gif[/SGN]

+1

10

На счастье Теодора, с военной техникой у его супруги отношения были куда лучше, чем с огнестрельным оружием. Она умела пилотировать практически всё, тому, чего не хватило на Танагаре, научившись в Лиге за долгие десятилетия геройских подвигов на благо цивилизации. Проскользнув мимо дьявола, жрица упала в первое кресло, перехватывая штурвал, выровняла снова начавший крениться борт. Красивое женское лицо было неестественно спокойно: дева битв отлично понимала, что сейчас последует; и Хартрайт не подвёл.

Ей не было особенно жаль убитых: горячечная волна ярости боя, этих отголосков её тёмного языческого прошлого, ещё не оставила Эру, и она пропускала боль, смерть и ярость, что плескалась в муже, сквозь своё сознание, позволяя им раствориться, точно капля крови, в океане её существа. После этого ночью обыденно приходили кошмары, заставляя переживать увиденное и прочувствованное уже по-настоящему, но это будет потом.
— Есть, — коротко ответила воительница.
Не видя мужа, к которому сидела спиной, она ощущала его настолько остро, что предпочла ничего не спрашивать. В дьяволе кипела сущность, жаждая вырваться наружу.

Она вышла из развороченной кабины, откинув стеклянный купол, на полминуты позже, погасив двигатель и убедившись, что в радиоэфире пока царит полное радиомолчание, но догонять Теодора не стала. Окликнув одного из его людей, конвоировавших в сторону многообещающего подвала двух захваченных бойцов — оба в форме НАТО без опознавательных знаков, с холодными невыразительными глазами и абсолютно равнодушными лицами, — женщина коротко и немного резко велела после вернуться к посту Беты.
Спорить с ней никто не стал, и она ушла туда первой.

Раны у караульного были сложными, однако парень оказался крепким — по-прежнему лежал без сознания, но цеплялся за жизнь с упорством уличного кота. Валькирия чуть улыбнулась; да, дьяволу в правильном выборе своих людей не откажешь.
Ей понадобилось три минуты на то, чтобы вспороть камуфляж снятым с пояса ножом, изучить отверстия от пуль — и окатить охранника волной целительного золота. Вышедшие пули она подобрала и, завернув в тонкий белый платок, убрала парню в карман. Пусть. Армейские такие вещи на память часто берегли.
Сдав заметно дезориентированного пациента на руки подошедшему Дельте, дева битв попросила отпоить того чаем и каким угодно образом, хоть под дулом пистолета, но заставить его поесть, пока её сила в чужой крови не угасла, и организм способен к мгновенному исцелению, после чего вздохнула и ушла искать Хартрайта. Теперь было можно.
Кровавый цветок его эмоций ярко горел перед мысленным взором.
Жрица чуть качнула рыжей головою.

Перед тем, как зайти в душевую, она вновь надела браслеты, защёлкнула на запястьях и позволила крыльям исчезнуть; провела пальцами по волосам, распуская растрепавшуюся косу. Разделась Шаира очень быстро, аккуратно сложила одежду и обувь и, бесшумная, точно призрак, вышла к бассейну. Под мраморной кожей перекатывались бугры мышц; несмотря на астеничное, хрупкое телосложение, эта женщина всё равно вызывала невнятное чувство опаски, когда за ней можно было наблюдать чуть дольше пары секунд.
Жрица опустилась на борт бассейна, спустила в воду стройные ноги, и посмотрела — просто посмотрела, позволив взгляду размыться, оттениться золотом — на Теодора. Она, кажется, совершенно не стеснялась того, что обнажена, даже не задумываясь об этом.
Мягко плеснула вода, приникая к её телу.

Протянув руку, Сандерс бережно коснулась мокрых тёмных волос супруга, и её пальцы привычно запутались между прядок.
— Позволишь? — Негромко спросила жрица. — Закрой глаза.
Её прикосновения отдавали теплом полудня и безмятежностью океана; валькирия точно не знала, от кого достался ей этот дар, но он был с ней всегда, сколько она себя помнила. Обернувшись искрою, вспышкой, крошечной бабочкой, она проскользнула над бездной чужих ощущений, вспыхнула, успокаивая поднимавшуюся бурю и щедро одаряя собственным спокойствием величественных тёмных лесов.
И убрала ладонь.

Оттолкнувшись от борта, Шаира очень тихо нырнула в бассейн рядом с супругом, не вызвав брызг.

+1

11

Ярость постепенно унималась, оставляя за собой пепелище из пустой головы и противной слабости, а скоро должны уйти и они, оставив за собой лёгкую усталость. Состояние в самый раз, чтобы вести допрос. Восстанавливая дыхание, он слушал пульс. Медитация поглотила его с головой, быть может, поэтому он пропустил появление жрицы, по-кошачьи неслышно оказавшейся рядом с ним и заметил только тогда, когда она коснулась его головы. Он вздрогнул, разорвав сосредоточенность; мышцы, ожидающие напряжения, возмутились и Хартрайт выдохнул сквозь сжатые зубы.
— Нет. — Сорвалось с языка прежде, чем он успел подумать. Вздохнув ещё раз, он поправился. — Да.
Спокойствие, исходящее от рук жрицы, потушило остатки ярости, убрав неприятное давящее чувство в груди и давая дышать полной грудью. Разочарованно подавшись вперёд, когда Шаира убрала ладонь, он открыл глаза, чтобы увидеть, что она спрыгнула в воду рядом с ним. Открыв, а потом закрыв рот, Теодор молча обнял свою женщину. Поцелуй, последовавший за этим, был жарким, но не опаляющим, в отличие от шёпота, коснувшегося её щеки.
— Здесь везде камеры, любовь моя. Давай сделаем вид, что ты пришла, чтобы составить мне конкуренцию в остужении боевой ярости? — Улыбка вышла лукавой, а в глазах горело обещание.
Он бросился в воду, поднимая веер брызг от поднятых вверх рук. Хартрайт был хорош: вода, рассекаемая руками, казалась крыльями; движения были точными и уверенными; совершенное тело скользило по поверхности очень быстро. В этот раз финишировал он раньше жены, тяжело дыша и восхищённо глядя на подтянутое тело женщины, уверенно двигающейся в воде.
— Нас ждут гости, — он поймал её и притянул к себе, глядя в глаза. — Спасибо, Эра.

В подвал они спускались немного дольше, чем планировалось — в душевой камер не было. Подтянутый и спокойный Теодор пропустил жену вперёд и закрыл за ними дверь. Оба пленника были связаны весьма умело, причинить вред друг другу или самим себе у них не получилось. Зло волнами гуляло по пустому подвалу, освещаемому единственной лампочкой.
— Добрый день, господа, — на чистом русском, без акцента, произнёс Теодор. — Я должен начать с вопроса, что вы делаете на частной собственности, но, признаться, мне это не очень интересно. — Он говорил, а обоим пленникам казалось, что их уносит куда-то в место более жуткое, чем этот подвал. — Гораздо больше мне интересно, что вас просил передать Кузнецов перед тем, как убить.
— Как ты?.. — Сквозь дурман спросил пленник.
— Ты смотри, храбрый, — фыркнул Хартрайт жене. — Тебя звать как, храбрый?
— Витя. — Машинально ответил пленник. Удовлетворённо кивнув, Теодор продолжил.
— Я говорю по-русски, приятель. — Пояснил он. — Вы тоже. В последний раз в России я был в начале месяца, это самая поздняя моя командировка и самая запоминающаяся. Дурак бы не сообразил. Так что он хотел передать?
— Пошёл ты, — выплюнул Витя.
— Ну как хочешь, — пожал плечами Хартрайт. Он удерживал взгляд русского всего три секунды, но когда отвёл взгляд, тот уже задыхался от ужаса. — Он твой, Лебедь. Меня интересует, что от нас хотело ФСБ, где они организовали штаб-квартиру и сколько их ещё по мою душу. О, пока не забыл, со мной был смешной парень с механической рукой, рыжий такой. Про планы на него тоже было бы неплохо узнать.
Он вышел из зоны света и закурил. [NIC]Theodore Hartright[/NIC][STA]I always lie[/STA][AVA]http://s3.uploads.ru/CB4sF.jpg[/AVA][SGN]http://sg.uploads.ru/cRFpl.gif[/SGN]

+1

12

Лёгкий поворот головы; валькирия бросила на Теодора странный, очень задумчивый взгляд. Воистину, неисповедимы пути; не так много бывших и действующих спецагентов имели сразу две таких приметных черты, как рыжие волосы и кибернетический протез руки. И русские корни. С наибольшей вероятностью, британской разведке посчастливилось в России столкнуться с Ирландцем; хотя, судя по ехидному комментарию британского дьявола, повезло скорее самому Ирландцу. В свете того, что с самой Сандерс бывший Чёрный Ястреб сталкивался меньше месяца назад, это было крайне интересной подробностью.
Нужно было расспросить Хартрайта подробнее об этом, но — потом.
Сейчас её внимание занимали два пленника, которых широким щедрым жестом предоставил ей супруг, сам отойдя в тень из-под единственной горевшей здесь лампочки. Сложно было сказать, повезло ли бойцам с этим его выбором или строго наоборот: у Шаиры были довольно странные представления о надёжных методах ведения допросов, более подошедшие бы эпохе Средневековья. Это на Танагаре любой полицейский допрос начинался с введения сыворотки, после которой у задержанного заканчивались шансы что-то утаить; в мирах менее технологичных приходилось пользоваться, чем позволяли условия.

— Не будем отнимать друг у друга время. Всем понятно, что вы оба не выйдете отсюда живыми, но в моих силах помочь вам это сделать максимально безболезненно. Перед тем, как начнём, — тут жрица вздохнула, и в голосе её серебряной нитью блеснула печаль, — подумайте вот о чём: вы всё равно мне всё расскажете.
Её послали туда же, куда и Теодора, приложив ещё парой отменных ругательств, и Сандерс только грустно качнула головою: безумству храбрых. Она не любила то, что следовало за этим, хоть и принимала необходимость получить ответы любым возможным способом. Сегодняшняя ночь всё равно уже была потеряна; кошмаром больше, кошмаром меньше — не велика беда.
— Подумайте ещё, — искренне посоветовала она, прежде чем стремительным жестом коснуться рукой чужого лба.
Зрачки Виктора расширились до размеров вселенной, когда дева битв открыла перед ним тщательно вымеренную и выверенную бездну ужаса, пережитого ею самой. Абсолютная память, в которой каждый прошедший день оставался навсегда, была и проклятием, и величайшим даром одновременно. Она не забывала ничего и никогда; ни увиденного, ни пережитого, ни прочувствованного; и отдельную грань в памяти женщины занимала боль, с которой ей пришлось свести знакомство.

Дьявол флиртовал с болью; жрица же принимала боль как часть жизни, не придавая ей вовсе никакой окраски. Боль была её постоянной спутницей дольше, чем существовала человеческая цивилизация, и боль эта жила с ней — всегда, оставшись в памяти кровавыми разводами на палаческой плахе. Шаира была отменным заплечных дел мастером, ибо со всеми пытками успела познакомиться сама.
Она действительно никогда не умирала своей смертью.

Прошло полчаса; дева битв бросала пленникам осколки своих воспоминаний, погружая в кровавую пелену и выводя из неё на свет. Терпкий запах сигарет, которые курил Теодор, позволял жрице балансировать на грани собственной реальности, не давая упасть обратно в воспоминания с головой. Рыжие рыбки, глубокий бассейн; сейчас этот пруд казался пугающим, ибо глубина его была неизвестна.

Второго пленника звали Егор, и он оказался не то слабее, не то умнее своего коллеги, и раньше понял, что никакое геройство здесь и сейчас не имеет смысла. Он заговорил.

Женщина присела на край стола и упёрла оба локтя в бёдра, положила на переплетённые тонкие пальцы подбородок. Глубокие глаза её сейчас казались мёртвыми и холодными, как мох, которым поросли склоны могильных курганов, но дыхание Шаиры по-прежнему было очень ровным.
— Ничего не просил, — начал мужчина, — мы вообще не должны были с вами разговаривать. ФСБ не любит, когда в его дела лезут.
Жрица дёрнула краем губ — можно подумать, кто-то другой любил, — но продолжила слушать, хоть и изрядно сомневалась в том, что там будет что-то в достаточной мере интересное. Ещё одна вечная история: иностранный агент, с которого сначала получают всю необходимую помощь, а потом тихо ликвидируют, чтобы никакая секретная информация не вышла за пределы страны. Хартрайту должны были сделать красивую имитацию несчастного случая, но всё пошло наперекосяк — сначала ещё один агент, который чёрт знает откуда появился, потом и сам Теодор внезапно начал выкидывать фокусы и исчез из Российской Федерации до того, как русские спецы вообще поняли, что произошло.

И по-хорошему, можно было бы просто смириться, потому что если он что и хотел передать собственному командованию о визите к потенциальному противнику, то уже наверняка это сделал, но у кого-то из высоких чинов взыграла гордость: всё равно решили устранить. Гениальность данного стратегического хода исполнители сейчас хорошо чувствовали на себе прикосновениями к чужой боли и крепко затянутыми верёвками.
— Всё это закончится тем, что убивать придётся Кузнецова, — тихо пробормотала Сандерс, откидывая голову назад. — Продолжай.

+1

13

Сигареты удерживали его на грани бездны, не давая соскользнуть в боль жены. Хартрайт знал, что эта пытка, не приносящая физических повреждений, долго не продлится: даже самые крепкие раскалывались, не имея возможности вместить в себя всё, что вместила эта женщина за долгий срок своего существования. У него раскалывались быстрее, но чаще — сходили с ума, поэтому он предпочитал более проверенные методы. Увы, на них сейчас времени и не было. С минуты на минуту должен вернуться Форбс с его официальным введением в должность, к немалому счастью Роберта. Кроме этого должны были прибыть личные бумаги, но чем была обусловлена срочность, Хартрайт не знал. Наконец, под сдавленные стоны второго, заговорил один из русских. Информация была обычной и до зубовного скрежета предсказуемой: Кузнецов отправил бравых парней разделаться с нахальным британцем. Кого-то из его руководства испугали возможности агента, ушедшего из-под наблюдения и показавшего средний палец команде тренированных убийц. Случайному напарнику Хартрайта повезло больше, его личность интересовала русских только с позиции выходов на Теодора, по крайней мере, пока. За британцем была установлена слежка, а после пропажи полковника Белова и его агентов, слежку усилили и Кузнецов отдал приказ об убийстве.
При упоминании Белова, Хартрайт оживился:
— Опиши его, — велел он, голосом принося облегчение от боли, которая прочно поселилась в мозгу Егора. Британец уже знал, что услышит, но уточнить был обязан.
— Высокий, — русский не сдержал облегчённого вздоха, — с вас ростом, мистер Хартрайт. Седой, имел нездоровое пристрастие к бордовому цвету. Часто цитировал библию.
Бросив выразительный взгляд на жену, Теодор скривился. Исчез полковник весьма качественно, ничто приняло его с распростёртыми объятьями и этому поколению смертных встретиться с ним не доведётся. Его помощника убил Роберт.
— Где ваша координационная база? — Продолжил допрос британец. Русский выразительно посмотрел на него, потом на задумчиво сидящую женщину и поспешил продолжить давать ответы на вопросы.
База была в Берлине, в одном из оперативных центров ФСБ, официально аккредитованных на территории Германии. Руководство центра было в курсе происходящего, но в случае провала, конечно же, сделает удивлённое лицо. Средства, выделенные на убийство Теодора, были астрономическими, именно это позволило команде захвата приобрести немецкий вертолёт у французских анархистов, проживающих в Швейцарии. Язвительный коментарий о бесконечной любви к лягушатникам от британца прилагался. Ответа на вопрос о том, сколько ещё покушений потенциально возможно, Егор дать прогноз не смог. Кузнецов напуган не был, но неизвестно, насколько прониклись желанием избавить свет от британского выскочки вышестоящие чины. Парень закончил рассказ, ожидая, когда его будут убивать. Но убивать его не стали. Теодор поймал его взгляд и заговорил, внушая мысль, которую нужно было донести до Кузнецова. Если свести всё к сути, она рассказывала, где лично он видал военные тайны русских, которые таковыми не являются, лично Кузнецова и его командование. Послание содержало угрозу, а для достоверности, Хартрайт отпускал обоих пленников.
— Я тебя убью. — Посулил Хартрайту Витя, не обращая внимания на предложение заткнуться со стороны второго пленника. — Тебя и твою суку.
Если первое оскорбление Теодор мог пропустить мимо ушей, в конце концов, ему грозили чем-то подобным тысячелетиями, то последнее вновь заставило его ярость вспыхнуть. Оказавшись перед русским, он провёл пальцем по лбу смертного, а потом брезгливо вытер руку о штанину. Осмысленное выражение исчезло из глаз Виктора.
— Прошу простить, — без малейшего раскаяния произнёс он, мрачно глядя на Егора. — Ваш напарник и без того умом не блистал. Дождитесь моих помощников, они отвезут вас в город. И постарайтесь не забыть того, что я сказал.
— Никуда не уйду, — несколько скептически произнёс Егор. Хартрайт потянул жену за рукав и вышел за дверь.
В этот раз Теодор не стал подниматься в комплекс, проведя Шаиру боковой лестницей в помещение с плитой и столом. Наверное, здесь в свободное время обитала охрана, но сейчас было пусто. Ткнув в чайник, мужчина достал два пакетика чая и бросил оба в заварочный чайник сомнительной чистоты.
— Любопытный расклад, — произнёс он, глядя в зелень курганов, отражающуюся в глазах жены. — Не успел воскреснуть, уже разворошил осиное гнездо. Дохлый ублюдок говорил, что за ним придут другие. Готов спорить, он имел ввиду именно этих ребят.
Где-то на грани слышимости послышался шум мотора — вернулся Роберт, с опозданием почти в час от обещанного времени. [NIC]Theodore Hartright[/NIC][STA]I always lie[/STA][AVA]http://s3.uploads.ru/CB4sF.jpg[/AVA][SGN]http://sg.uploads.ru/cRFpl.gif[/SGN]

+1

14

На лице жрицы мелькнуло что-то вроде сарказма, — "Белов", надо же, какой отчаянный порыв уязвлённого самолюбия, — но она смолчала, безропотно уступая место спрашивающего супругу, а сама тем временем размышляла над услышанным. Мог ли быть инициатором операции по ликвидации слишком опасного британца павший ангел, благополучно теперь отбывший в никуда? В принципе, мог, потому что размах бездумно потраченных денег и человеческих ресурсов впечатлял — разумное командование, понимающее последствия, таких идиотских решений обычно не принимало; заодно тогда беспокойство Кузнецова, у которого исчез наиболее заинтересованный в мероприятии офицер, становилось понятным, равно как и то, почему он решил не тянуть больше со слежкой.
В таком случае, быть может, у них и был шанс на время сильно уменьшить интерес русских, хотя дьяволу наверняка и под этой личностью запретят въезд на территорию Российской Федерации. О себе Сандерс беспокоиться в голову не пришло: узнать её без крыльев, самой приметной черты, было не так просто, слишком сильно они перетягивали внимание на себя, да и мало кому вообще пришло бы в голову плотно связать с агентом Mi-6 учёного-историка из Берлинского университета. Конечно, прикрытия бывают разными, но явно не настолько глубокими, как семьдесят лет непрерывной научной деятельности.

Бросив на прощание Егору бесконечно спокойный взгляд, валькирия поднялась со стола, убрала с лица длинные волосы и вышла вслед за Теодором, ответив на его мягкий жест тёплым касанием пальцев к мужскому запястью. Она чувствовала себя уставшей: отражённая от чужих разумов и пережитая в троекратном объёме, собственная боль, вышедшая из тени прошлого, обострилась и теперь настойчиво раз за разом стучалась в сознание, и Шаира чуть заметно хмурилась, вновь силком заставляя себя переключаться на иные ощущения.
Чай был как нельзя кстати.
Найдя пару относительно чистых кружек, женщина скептично заглянула в них по очереди, но пришла к выводу, что, раз мёртвых мышей и тараканов внутри не лежит, то можно пользоваться, и щедро плеснула напитка из заварного чайника, протянула одну мужу, сделала пару больших глотков. Согретый горячей пряной волной, мир моргнул и передумал разваливаться на части в ближайшее время. Отставив чашку на стол, воительница помедлила несколько секунд, падая в серый взгляд, а потом как-то вдруг, потянувшись к Хартрайту, обняла его за пояс обеими руками и ткнулась лбом в плечо.
Тепло его кожи и запах крепких сигарет успокаивали, и она замерла, медленно, глубоко дыша этой близостью и всем существом своим впитывая ощущения.

Когда дева битв отстранилась и взяла в ладони кружку, огромные глаза её вновь были живыми и проницательными, лишёнными мертвенного холода.
— Спасибо. Возможно, — помолчав немного, ответила женщина, потом задумчиво коснулась кончиками пальцев своих губ, — хотя я думаю, что скорее, и этих тоже, а не только их. Сандалфон не мог не понимать, что эта возня тебе не причинит серьёзных неудобств, я скорее поверю, что игры людей — ширма для чего-то более глобального, и в его союзниках засветился кто-то ещё из недовольных вашей с Люцифером политикой вассалов. Ну или я слишком хорошо думаю о его умственных способностях, что, в общем-то, тоже не исключено.
Она стукнула ногтями по керамической поверхности.

Лёгкий, на грани слышимости шум мотора заставил жрицу повернуть голову, чуть склонив её к левому плечу. Странно; ей казалось, что агент должен был приехать намного раньше. Неужели и этот по пути куда-то влип? Не то, чтобы такой вариант был слишком уж невероятен, потому что первое, что сделала бы лично она при необходимости захвата базы — выставила кордоны на дороге, чтобы перекрыть возможность и к бегству, и к прибытию потенциального подкрепления, но оттого он как-то расстраивал. Сандерс чуть куснула себя за нижнюю губу.
Пустая чашка во второй раз встала на столешницу.
— Форбс приехал. Встретить и привести сюда?

+1

15

Чёрный, как ночь, чай, пах лёгким ароматом специй и шоколада, что было удивительно для такого вида заварки. Интересно, кто из его подчинённых любит себя баловать вот так? Отстранённая мысль мигнула и пропала, растворившись в топком болоте зелёных глаз, а после и вовсе перестала существовать, съёжившись до крохотной точки в пространстве, где существовало только двое. Отставив кружку, Хартрайт обнял жену, согревая её своим теплом. Он чувствовал её усталость кожей, даже сквозь смертную ипостась и потянулся мысленно, делясь своим спокойствием и уверенностью.
— Не за что, — отозвался Теодор, с сожалением отпуская жену. — Сандалфон — дурак, им легко управлять и Лилит это доказала наглядно лет десять назад. За ним стоят люди, он хотел их использовать, а использовали его: ему нужно было добраться до меня, а русские были удобным поводом это сделать. Финансирование идёт из более высоких сфер, сомнительно, что там есть кто-то из наших вассалов. — Он усмехнулся. — Хотя, недовольных политикой Люцифера немного больше, чем моей.
Оборвав сам себя, он вслушался в шорох тормозов по гравию.
— Нет, он сам нас найдёт. — Покачал головой Хартрайт и присел на краешек стола, в ожидании подчинённого.
Роберт не заставил себя ждать, почти бегом поднявшись к ним. Обменял большой пакет с провисшими ручками на чашку чая из которой до того пил Теодор, он дал пояснения своей задержке.
— Перед отъездом я обыскал машину, нашёл устройство слежения из новых, поэтому, на всякий случай, проверил её у нас. Вы чуть не лишились ещё одной машины, босс. — Заметив заинтригованный взгляд, он ухмыльнулся и пояснил. — Там было устройство, реагирующее на очень узкоспецифическое электромагнитное излучение. Проще говоря, оно рвануло бы, воспользуйся вы в машине магией. Ваша секретарь звонила из Лондона, сказала, что в  Бундесбанк пришло письмо из Швейцарии, а корреспонденции на ваше имя пришла просто тьма, как вы её будете разгребать — не представляю
— Никак, — хмыкнул Хартрайт, заглядывая в пакет. Фирменная упаковка банка бросилась в глаза первой, он достал и вскрыл конверт, кивнул и протянул Шаире. Он приглашался на встречу с представителем банка Швиц в понедельник в кабинете председателя правления Бундесбанка. — Твоё финансирование, — пояснил он, вытряхивая на стол всё остальное.
Один конверт он осмотрел и отложил на потом, зато остальные подверглись безжалостной цензуре. Часть из них отправилась в мусорное ведро, значительно сократив общее число необходимых к разбору бумаг. Ещё один конверт отправился к первому, эти два он посмотрит позже, оставшиеся два он распечатал и стал изучать внимательно. Очень внимательно нахмурился и, дочитав, отдал жене. Это была подборка документов, косвенно намекающих на присутствие нелюдей ещё, как минимум, в десяти разных правительствах и ведомствах, включая центральную Европу.
— Вот так, — произнёс он. — Дочитаешь, отдай Роберту, чтобы не объяснять по сто раз.
Вскрыв ещё один конверт, он присвистнул. Бумажные следы от этих личностей тянулись в Штаты, в Лос Анджелес, где терялись в массе разных банков. Бегло проглядев счета и движения по ним, он вздохнул и посмотрел на свою команду.
— Ладно. Я теряюсь в догадках и мне это не нравится. Кажется, пришла пора взыскивать долги и собирать нужных людей в одном месте. Если это — не предтеча новой Холодной Войны, то я ничего не смыслю в политике.  [NIC]Theodore Hartright[/NIC][STA]I always lie[/STA][AVA]http://s3.uploads.ru/CB4sF.jpg[/AVA][SGN]http://sg.uploads.ru/cRFpl.gif[/SGN]

+1

16

Присев рядом с дьяволом на стол, валькирия задумчиво смотрела на Ричарда. Интересное кино, как говаривал один её приятель из чёрных археологов; маячки, реагирующие на магию — странный ход, потому что большинство технических устройств от всплеска силы умирало ещё до того, как успевало активироваться. Да и непонятно было, зачем нужные такие сложности, когда простая снайперская пуля была куда надёжнее — и даже по итогам немного дешевле.
Похоже, что русские спецслужбы подошли к вопросу ликвидации неудобного для них агента с размахом. Это, впрочем, было очевидно по вертолёту, теперь мирно украшавшему собой подъезд к комплексу, но внезапные передовые технологии стали ещё одним сюрпризом, и не то, чтобы он был очень приятным. Шаира глубокомысленно посмотрела в стену, пытаясь понять, в какой момент она стала частью этой занимательной истории, но не смогла; однако события вокруг уже закручивались в спираль, так что выбраться из них не представлялось возможным.
— Опять слежка, — задумчиво протянула она. — Слушайте, это уже третий раз за каких-то два месяца, и, вероятно, от разных организаций, хотя кое-где незримо мелькает цепкая кибернетическая лапка УЛЬЯ. Мои приятели в один голос вопили, что половину схем никто больше не спаяет в рабочем виде. Теодор, ты не чувствуешь, что мы оказались в каком-то эпицентре тотального психоза? Я никогда не страдала манией преследования, но с такими вводными… Мной за предыдущие десять лет спецслужбы так не интересовались, как в эти семь недель.

Поблагодарив, Сандерс бегло прочитала письмо, коротко кивнула и вернула его обратно. Да уж, учитывая веселье, грозившее накрыть их с головой, решать проблему с отсутствием доверенных людей, которые обладают редким набором качеств из отменно работающих мозгов и хорошей военной подготовки, следовало как можно быстрее. Их двоих, — и даже троих, при учёте Форбса, который после казни полковника Белова пришёл в чувство и оказался совершенно не таким безнадёжным, как казался до, — было слишком мало.
Медленно накручивая на палец длинный медный локон, дева битв поставила себе ещё одну мысленную галочку: выяснить всё, что возможно, про устройства, регистрирующие магию; благо, теперь бывшему участнику Лиги не требовалось соблюдать моральные обязательства перед законопослушным обществом. Возможно, кто-то из умельцев сможет поведать что-нибудь интересное.
Судя по тому, что в верхушках спецслужб не-людей было едва ли не больше, чем смертных, интересного могло бы найтись немало.

Пролистав бумаги, протянутые супругом, жрица почувствовала глубокую и древнюю, как сам мир, тоску, вздохнула и отдала листы Роберту, в очередной раз проведя рокировку с опустевшей кружкой. Подумав секунду, Шаира плеснула в неё ещё чая, парившего переплетением густых приятных ароматов, и задумалась, опустив тёмные ресницы.
— Пожалуй. Лично я действительно немного понимаю в политике, поскольку всегда была от неё как-то в стороне, но даже мне очевидно, что на спокойную ситуацию это не слишком похоже. Закулисная возня идёт не первый месяц, меня начали беспокоить известия из разных архивов, где стали поднимать странные документы, с лета этого года, после того, как на Землю припёрся Брейниак и принёс своего безумия. Мы уже обсуждали это, милорд; и основной вопрос в том, кому выгодно так раскачивать равновесие. Люди всё время воевали и будут воевать, прямо или скрыто, но сейчас они делают это с избыточным старанием.
Вариантов ответов о личности заинтересованного кукловода было немного, и все — одинаково отвратительны. Пухлые губы задумавшейся валькирии тронула тень лёгкой, пронзительной усмешки; она на мгновение подумала, что завершение семейной жизни в конце времён, когда всё погибнет, при таком её начале кажется очень логичным. И жить в вечном пламени какого-то инфернального безумия, и погибнуть в нём же; всё закономерно.

+1

17

— Раньше, — уверенно поправил жену Хартрайт. — Всё началось год назад, тогда ООН, и АРГУС жаждали достать материалы нашей разведки, которые раскрывали почти все операции, связанные с использованием мета и магов, состоящих на службе Её Величества. Они не учитывали, что в списках есть и их резидентура с теми же исходными данными.
—  Хорошие списки, — одобрил Форбс. — Ты привёз их?
Теодор покачал головой.
— Я их уничтожил, — он отобрал у жены кружку с чаем, сделал два глотка и вернул обратно. Роберт вскинулся, возмущённо глядя на босса. Умом он понимал, что так лучше, но смириться с их потерей для себя не мог. А Теодор продолжал, — как выяснилось, не всё, потому что я нашёл распространителя. К сожалению, поздно, потому что информация увидела свет. Не вся и не в том виде, как ожидалось, но весенние скандалы с процессами над Куином, Уэйном, Лютором и другими — они оттуда. Остатки я дочистил только летом. Отголоском следом пришёл Брейниак, откуда у него возникла информация о том, что на Земле есть N-металл? Нашёл привет от нацистских ушлёпков? Ладно, хрен с ним.

Хартрайт замолчал, потянувшись за одним из отложенных конвертов, открыл и удовлетворённо кивнул. Положил листы с новым назначением на стол, чтобы его видели все.  Советник-посланник, не ведущий дипломат, но достаточно влиятельная фигура, чтобы руки были развязаны. И второе назначение было для Роберта. С должности аналитика его подняли до должности личного секретаря Теодора. Известие его обрадовало, хотя не пройтись по поводу того, что у Хартрайта по секретарю в каждом городе, он не смог. Хартрайт пообещал познакомить Форбса с его британской коллегой и Форбс с любопытством уставился на последний конверт. Теодор демонстративно убрал его в карман, показывая, что его содержимое слишком личное. Он знал, что там, но предпочёл бы вскрыть его наедине с женой. Тепло улыбнувшись ей, он сказал:
— Отличная тренировка выходит. Сразу с боевым опытом, допросами и решением судеб мира. Я бы, пожалуй, ограничился только тренировкой в следующий раз.
Велев Роберту сдать русских в посольство как нелегальных иммигрантов и попросив его позаботиться об охране комплекса, Хартрайт положил руку на плечо Сандерс и предложил:
— Я чертовски голоден. Поехали обедать?

Ресторан «Veritas» всё ещё был малозаметным, а столик, за которым они сидели год назад, ещё не занят. Официант поздоровался, вместе с меню принося неизменный чай.
Сделав заказ, Хартрайт достал конверт и протянул его Шаире.
— Открывай, — улыбнулся он.
В конверте лежал очень паспорт образца конца девятнадцатого века на имя гражданина Великобритании, Сэмюэла Блэка. Второй паспорт был более новый и подтверждал данные старого. И третьим документом было разрешение от Её Величества на брак графа английского с Шаирой Сандерс без объявления.
Принесли заказ, а Хартрайт ждал реакции Шаиры, легко улыбаясь. Для них обоих это была пустая формальность, вероятнее всего, глава посольства уже предупреждён и сможет зарегистрировать их брак без особенных сложностей.
— Мне предложили вечание, — хмыкнул Теодор, — но я отказался, представив, как священник пялится на твои крылья или истово крестится при виде меня. Ты хочешь гостей и платье?
Он очень надеялся, что не хочет. Против гостей он ничего не имел, но человеческие ритуалы были утомительны. [NIC]Theodore Hartright[/NIC][STA]I always lie[/STA][AVA]http://s3.uploads.ru/CB4sF.jpg[/AVA][SGN]http://sg.uploads.ru/cRFpl.gif[/SGN]

+1

18

— Опять год, — с некоторым неудовольствием заметила жрица, с интересом наблюдая, как супруг вытягивает кружку из её пальцев, — потом обязательно выплывет очередная взаимосвязь между этим пиздецом и всеми остальными: просто потому, что я не верю в подобные совпадения. Мне очень не нравится то, что обрываются все следы. Как только ты находишь кого-то, кто мог бы объяснить, что за чертовщину он затеял, обязательно обнаруживается труп, а информация плывёт дальше. История с Брейниаком тоже очень странная, причём что в его появлении, что в его внезапном союзе с Вандалом. Ладно… Я не готова об этом думать сейчас, у меня в голове уже пусто, как в гробнице после визита учёных. То, что не выкушали мне студенты, доели русские.

Прочитав бумаги об официальном назначении Хартрайта, валькирия кивнула, разделяя с мужем удовлетворение, разошедшееся лёгкой рябью, улыбнулась на чуть ехидное фырканье Роберта.
— Не похоже, чтобы вселенная принимала наши заявки на реализацию. Я бы тоже не отказалась просто от тренировки, но кто бы нас, в общем-то, спрашивал. С другой стороны, где бы при иных обстоятельствах мы достали неучтённый вертолёт. — Коротко усмехнувшись, валькирия мягко спрыгнула со стола. — С удовольствием. Только я переоденусь, хорошо?
Она была хороша в строгом костюме пепельного оттенка; и даже смутно поблёскивавшие латунные наручи под рукавами пиджака не казались неуместными. Привычно подколов длинные волосы в низкую причёску и убрав их от лица, валькирия на мгновение мазнула по дьяволу зелёным взглядом, в котором любовь равно смешивалась с огнём, и вышла из комплекса вслед за супругом, постукивая высокими каблуками. Пожалуй, даже странно было видеть, как сквозь жёсткую сосредоточенность дочери войны, меньше часа назад спокойно сидевшей на допросе, вновь пробивается что-то совсем иное, что пахло сладковатым ароматом цветов и шёпотом горного озера.

Удивительно, сколько всего может произойти за один-единственный год — и сколько произошло. Присев на отодвинутый мужчиной стул, Сандерс благодарно кивнула, скользнула рассеянным взором по обстановке; сам ресторан совершенно не поменялся и даже, кажется, официант был тот же, а её память заботливо подкинула картину, как они сидели здесь после визита в Рейхсархив. Это тогда спираль событий закрутилась, чтобы превратиться ныне в то, что совершилось, выйдя из дурного цикла, по которому жизнь двигалась целую вечность?
Пухлые женские губы на мгновение дрогнули в лёгком изгибе; она тряхнула головой, приняла из рук дьявола протянутый конверт, аккуратно вскрыла.
Паспорта и бумага; женщина развернула её, скользнула по строчкам, а после, отложив, долгие несколько секунд смотрела в идеальное лицо павшего ангела, не потерявшего своей невероятной, почти неестественной красоты и в смертном облике. В глазах жрицы горело живое полуденное солнце.
Она, конечно же, тоже понимала, что это — всего лишь формальность для них обоих, но захлестнувшая женщину волна пронзительного, сверкающего счастья от осознания этого не стала слабее. В конце концов, они жили сейчас среди смертных, и их правилами определяли эту сторону своего существования.
Потянувшись через стол, белокрылая женщина взяла тяжёлую ладонь Хартрайта в свои и несильно сжала пальцы, чуть подалась вперёд, заглядывая в холодные серые глаза — и улыбнулась, опалив его бездной собственных эмоций, среди которых не последнее место занимала благодарность.
И восторг. Восторга в воительнице было не меньше, чем иных чувств.
Ей хотелось броситься ему на шею и быть с ним, просто — быть, отдавшись этому порыву с головой, и чудовищных усилий жрице стоило сдержаться, напомнив себе, что они сейчас не наедине, а время ещё представится. Она выдохнула, на мгновение отводя глаза.

— Сыграть первую нормальную свадьбу спустя вечность было бы забавно, — тихо рассмеялась Шаира, по описанию супруга представив взгляд потенциального священника, которому предложили бы обвенчать подобную пару, — но всё же нет. У меня и друзей-то никогда не было, сплошь коллеги и студенты, а платье… Сошью что-нибудь потом. Возможно, нам удастся хотя бы раз побывать где-то вдвоём, чтобы не оказаться при этом в эпицентре очередной криминальной драмы.

+1

19

Уютное неяркое свечение заливало ресторан, музыки не было, был лишь гул голосов, сливающийся в монотонный шум и очень успокаивающий после треволнений проходящего дня. И была она, женщина, согласившаяся разделить с ним вечность. Её пальцы на тяжёлой ладони казались маленькими и хрупкими, а счастье, которое она дарила было таким несоразмерно огромным, что дьявол не переставал изумляться. Осторожно сжав пальцы в ответ, он улыбнулся.
— Я покажу тебе наше творение. — Во взгляде плеснулась гордость. — Оно уже устоялось и можно не опасаться, что рухнет от одного нашего присутствия. Возьмём с собой корзину с едой, как это делает Элейн, и проведём там долгий день. Уверен, криминальные, — он выделил это слово, драмы нас там не достанут. Там нет людей. А здесь, если захочется праздника, есть те герои, которых не захочется удавить с порога за их правильность. С ними можно ввязываться в любой криминал.
Он говорил снова лишь потому, что не мог не говорить, чувства искали выход и находили его между слов, в случайных вдохах и незаметных жестах. Его любовь ощущалась кожей, а терпкий запах крепкого табака притягивал к нему ещё больше.
Принесли заказ и он с сожалением выпустил руку жены. Еда была выше всяких похвал, как и в тот раз. Как и тогда, дьяволу принесли диджестив. Во время еды разговор был бытовой, но после Хартрайт предпочёл вернуться к делам.
— Я не спроста увёз тебя от Роберта, — он грел бокал с коньяком в ладонях, медитируя на пламя спиртовки. — Я помню те списки, но если Форбс узнает, он будет обязан доложить Янгеру, чего мне совсем не хотелось бы. Часть сегодняшних нерезидентов Штатов была в них, но и штатовские агенты были тоже; с очень подробным описанием операций. — Он сделал глоток и продолжил. — И я проверял финансовый след. Всё началось с того момента, когда произошёл временной парадокс. Я разговаривал с тем, кто этот парадокс сотворил и он не знает, какая воля сподвигла его на это. Он хочет оставаться в стороне, творя свои эксперименты, но он не понимает, что стал чьей-то фигурой на доске. — Подняв глаза на Шаиру, он пожал плечами. — Больше того, он, как истиный учёный, уверен, что это была его идея.
Дьявол замолчал, гдядя на янтарную жидкость на дне бокала. Он не мог проследить замысел Отца, вероятности отказывались работать с сущностью таких масштабов. Оставалось лишь гадать по сложившимся фактам; сын божий откровенно не понимал, зачем Отцу такие сложности, если можно просто устроить армагеддон и уничтожить собственное творение, как он планировал?
— Чёрт с ним. — Падший ангел сделал ещё один глоток, а после вернул бокал на спиртовку. — Я слишком устал, чтобы строить догадки, особенно в отношении Отца. — Достав кошелёк, он протянул официанту пластиковую карту. — Поехали домой? [NIC]Theodore Hartright[/NIC][STA]I always lie[/STA][AVA]http://s3.uploads.ru/CB4sF.jpg[/AVA][SGN]http://sg.uploads.ru/cRFpl.gif[/SGN]

+1

20

В левой руке женщина медленно крутила бокал, в котором плескалось красное вино, но смотрела она только на супруга, не отвлекаясь на мягкий блеск стеклянной стенки. Она, как и сам дьявол, откровенно не понимала, зачем Творцу столько сложностей: пресловутый божественный замысел, должно быть, но пока все его части серьёзно противоречили друг другу.
Как, впрочем, и многое из того, что делал Присутствующий, который совершенно точно не утруждал себя попытками осмысленной деятельности. Он был более похож на хаотичную силу, которая в порывах вдохновения равно разрушала и создавала, чем на разум и волю; Дурака с Него Мелеос рисовал ой как не зря.
Наконец дева битв вздохнула, и её напевный мелодичный голос прозвучал с редкостной задумчивостью:
— Всё это слишком странно, милорд. Я привыкла к тому, что в реальности слишком много нелогичного и слишком мало последовательного, но всё же подобное выходит даже за границы моего воображения — на которое я никогда не жаловалась. Ты говоришь о том, что реальность, унесшая куда-то часть времени, была создана учёным в качестве эксперимента, который, возможно, немного вышел из-под контроля. Хорошо; странно, но вполне понятно. Я сама учёный и знаю, какие чудесные идеи забредают порой в наши головы. Пусть даже этот учёный стал чьими-то руками, сам того не ведая; не столь редкая история, как хотелось бы. Но если этим кукловодом был твой Отец, то каков смысл Ему теперь опять пытаться устроить армагеддон? Эта вселенная тоже не оправдала Его ожиданий, оказалось, что и без надежды всё идёт не так, как Ему бы хотелось в его фантазиях? На самом деле за спиной учёного стоит кто-то другой? Это вообще всё сплошные случайности?

Или на самом деле все они сошли с ума, и вовсе не было никакого временного парадокса.
Шаира вздохнула, тронула кончиками горячих пальцев переносицу.
— У меня слишком много вопросов и ни одного внятного ответа, и чем дольше я думаю, тем больше запутываюсь. Проблемы на Земле нарастают в снежный ком, а их ниточки тянутся куда-то далеко за границу смертных реалий, и я совершенно не понимаю, что искать и куда смотреть — ни умом, ни интуицией. Мне нравится твоё предложение; я тоже хочу домой. Этот день был слишком долгим.
Вежливо улыбнувшийся на прощание официант подал им верхнюю одежду; застегивая пальто на пару пуговиц, Сандерс проводила его несколько задумчивым взглядом, а после, сунув руку в карман, обнаружила ровно то, что и ожидала — аккуратно сложенный в несколько раз листок. Впрочем, удивляться не приходилось; за сегодня случилось слишком много событий, которые вообще не должны были случаться, чтобы ещё одна мелочь вообще что-то значила.

Жрица вытащила записку только после того, как оказалась в салоне автомобиля, уже почти привычным жестом бросив сумку на заднее сиденье. Огромные белые крылья мягко шуршали, касаясь обивки: валькирия с наслаждением откинулась назад, прижимаясь к креслу затылком. Адреналин недавней горячки схлынул, оставив после себя чувство всепоглощающей физической усталости, от которой она уже порядком успела отвыкнуть. Существование в смертном облике грозило обернуться необходимостью научиться жить заново почти с нуля.
Чёрные аккуратные буквы сложились в короткое предложение: "Мне есть, что вам предложить" — и приглашение на встречу, впивавшееся в сознание острыми краями написанного времени. Сандерс протянула белый прямоугольничек супругу, на мгновение коснувшись чужих пальцев, чтобы согреть их своим теплом.
— Становится всё интереснее, — тихо заметила она, отворачиваясь к окну.
В изумрудных глазах медленно догорал закат.

+1


Вы здесь » DC: Rebirth » Дневники памяти » You're the best [Shiera Sanders, Theodore Hartright]